Рабочий день уже подходил к концу, когда я стал собираться в командировку. Мне нужно было еще заехать домой, чтобы похватать вещи и двинуться в сторону Белорусского вокзала.
Наученный горьким опытом опозданий на самолет (благо, чужими... я всего единожды опоздал на самолет, несмотря на то что летают довольно часто), я выгадал время отправления нужного аэроэкспресса, который бы приходил с запасом времени на переход и неспешную регистрацию на рейс.
Честно признаться, я не придал большого значения новостям о проблемах в Домодедово из-за отключения электричества. Помню, Шереметьево тоже проскакивало в ленте по поводу проблем из-за обледенения, поэтому совершенно не ждал того, что меня встретило там.
Нестыковка с обычным моим опытом перелетов из Шереметьево началась с коридора в терминал D, откуда я должен был улетать. По ходу приближения к моему терминалу я все чаще встречал людей, сидящих на чемоданах, со снятой обувью, едящих прямо на корточках возле стеклянных стен. Одним словом, уже это немного насторожило. Но когда я вошел в огромный холл терминала D, я ужаснулся. Такого количества людей я здесь не видел никогда. Люди были везде, у стоек регистрации, на креслах зала, вдоль всех стен, за столиками кафешек, а аэрофлотовские билетные кассы и справочные, расположенные по центру, были просто облеплены людьми.
Я прошел мимо международного сектора, где явно обеспеченные люди сидели с айпадами и уныло пялились куда-то внутрь экранов. И дойдя до ЖК-панелей с расписанием отправления местных авиалиний приткнулся к толпе смотрящих в кучу строчек.
На табло все было очень красиво. Никаких задержек (пару рейсов мигали красным всего лишь). Мой рейс был там без изменений и я, зная что регистрация начинается за пару часов до вылета, пошел попытать счастья в очереди на регистрацию.
Когда я постоял 15 минут, я понял, что очередь никуда не двигается. Она стоИт. Причем, из всех 15 стоек работают только три. Из которых 1-я - это прием негабаритного багажа. Люди буквально облепили стойки, за которыми хоть кто-то есть. Причем, того, кто там есть было невозможно увидеть, потому что приблизиться не давала толпа.
Поняв бесполезность стояния в очереди и понимая, что время до конца моей регистрации еще полно, я попытался зарегистрироваться на рейс с помощью терминалов. Как и у большенства пытавшихся это сделать, у меня ничего не получилось. Как оказалось потом, система он-лайн регистрации и регистрации через терминалы была принудительно закрыта, что и создало эти проблемы с толпой возле стоек регистрации.
Вернулся в очередь и понял, что возможно я не успею зарегистрироваться на свой рейс, потому что толпа пытается зарегистрироваться на те, что должны были вылететь еще вчера, и у них явно уже что-то не в порядке с нервами.
Чуть погодя пообщавшись со стоящими рядом людьми, я понял, что мою регистрацию еще и не объявляли. А точнее, даже если б мне и удалось прорваться к несчастной операционистке стойки регистрации, я б все равно был послан... по причине того, что регистрация на мой рейс еще не объявлена.
Тут мне стало понятно, что надо расслабиться и ждать объявления регистрации. Хотя бы, на табло.
Для того чтобы ожидание было комфортным и удобным я для себя понял, что нужно:
1) сесть
2) чтоб было видно табло
3) чтобы была розетка 220 В
4) чтобы это был какой-то уголок или по крайней мере не на проходе
По этим требованиям я подобрал себе местечко, обустроился и засел за комп.
Вайфай, по понятным причинам (слишком много пользователей пытались к нему подключиться), не выпускал в интернет, поэтому оставалось довольствоваться безлимитным тарифом на мобильном, который я практически не отнимал от уха, болтая с теми, с кем мне хотелось бы пообщаться и кто еще не спал.
Поскольку я разместился возле розетки, у меня появилось много новых друзей :)
Мы сидели, болтали с ними.
С одной женщиной мы вообще хорошо спелись. Не в смысле, что мы пели, в смысле, что одному сложно там. Ни вещи не оставишь, ни в туалет сходить, места не потеряв.
Она провожала свою дочь в Лос-Анжелес. Регистрацию дочь уже прошла давно, а вот посадку они дожидались все это время. Дочь там в санитарной (стирильной) зоне (его еще по-советски называют "отстойник"), а она здесь.
Рассказала, что их уже вызывали на посадку, посадили в автобус, привезли в самолет, а потом выгнали из самолета обратно. Что у дочки уже сел телефон и она осталась без связи с ней. Что она звонила каким-то там ФСБшникам и те сказали, что из самолета всех вернули, потому что во втором автобусе с пасажирами произошла драка, в которой несколько молодых людей побили сотрудников авиакомпании.
Одним словом, надо было сидеть и ждать. Иначе мы все рисковали сорваться на эмоции и пойти истерить, как это делали многие там.
Было досадно наблюдать, как девушка, вырвавшаяся из очереди, усталой походкой с опущенными плечами дошла до пустой тележки, стоящей в зале, села и начала плакать. Я ее понимаю. Безысходность и неизвестность.
Ведь если б мне тогда сказали, что ваш рейс вылетит не сегодня в 22:15, а завтра в 17:00, я б смог спокойно сесть на аэроэкспресс, вернуться домой, принять душ, поспать, поработать на следующее утро, а потом снова вернуться в аэропорт не создавая собой толпу в очереди на регистрацию, которую все еще не объявили, но никто этого не знает, ни там, возле информационных окон аэрофлота.
Но все молчали, и только табло показывало постоянные переносы рейса на час или два.
Где-то перед входом на паспортный контроль сначала были слышны истерики, крики, потом там скандировали что-то типа "Отправляй" или "Выпускай". А под утро уже все стихло. Люди перемещались вяло и было заметно сонное состояние.
Еще отметил, вот уж где "Moscow never sleep", так это здесь и сейчас.
Количество людей не уменьшалось, а только немного увеличивалось, но из-за утренней усталости никто уже не проявлял агрессии.
Часов в пять или шесть объявили регистрацию на мой рейс.
Уже тогда я понимал, что это лишь "первый уровнь" игры "Попробуй улети". Потому что там, в санитарной зоне будет второй уровень, на котором надо будет еще дождаться выхода на посадку.
Регистрация проходила спокойней, чем тогда, когда я только приехал. Очередь неспешно дошла и до меня и после получения посадочного талона я пошел на вход в санитарную зону. Там людей практически не было, а вот ЗА ней, были слышны истеричные крики толпы, смысл которых я тогда не допонимал. Лишь потом до меня дошло - это люди, которым не выдают багаж, тогда как они б рады бросить эти ожидания самолета с постоянно переходящем времени рейса, да уехать домой, но нет... багаж сдан, а обратно его можно получить только по прибытии в пункт назначения. Ловушка, в которой люди находились уже вторые сутки.
Прошел контроль и вот я в еще одной толпе... толпе ожидающих посадки на рейс.
Пошел перекусил.
Я уже кушал в шоколаднице, которая находится почти возле выхода с аэроэкспресса. Ужин мне обошелся почти в тысячу рублей (два "ролла", а именно, листок салата, филе красной рыбы и какой-то сметанный соус в блине, и два кофе).
Этот раз я поел скромнее... Всего на шестьсот или семьсот рублей.
Кстати, там, еще когда регистрацию не прошел, выдавали талоны на еду и бесплатную воду. Но к этим талонам было не пробиться, потому что там была толпа еще хуже чем к стойкам регистрации. А впечатления со стороны, как людей с этими талонами посылают почти во всех кафе не особо способствовало тому, чтоб пережить эти бои за бесплатную еду.
И так, я жду посадки. Почему-то, объявили посадку на рейс, который должен был бы улетать позже моего. И всех людей этого рейса посадили в самолет. Я молча наблюдал за тем, как те, кто были с моего рейса, пытались полететь на этом же рейсе, но сначала пропустили только женщин и детей, а потом туда посадили самых бойких мужиков. Мне не хотелось тратить нервы и силы ради того, чтобы оказаться в Екатеринбурге как можно скорее. Торопиться мне было некуда, по большому счету, поэтому я выбрал спокойствие.
Из нашего рейса осталось совсем мало народу. Всего человек 8-10. Некоторые испугались, что про нас забудут, потому как смысла нет гнать самолет из-за такого количества пасажиров, и нас будут пристраивать в параллельные рейсы, улетающие в Е-бург по расписанию.
Ближе к утру, люди стали объединяться по направлениям. Сочинцы были самые давние, поэтому у них вообще все плохо было с нервами. Они начали первыми брать гейты штурмом, осаживая беззащитных девочек-стюардесс, чтобы те посадили их в самолет.
Стюардессы конечно же не имеют права принимать такие решения, что и было основной причиной конфликта. Самолет есть, есть те, кто в него пускают (осуществляют пропускной режим), есть желающие туда попасть, но попасть туда не дают.
И вот в этой перепалке одному дядьке стало плохо.
Мы как раз сидели рядом с одной молоденькой девочкой, которая тоже уже была в некоторой апатии от всего происходящего и я ее хотел поддержать.
Человек упал в судороге и практически сразу начал краснеть от удушья. Я тогда попытался метнуться чтоб оказать помощь, но ближе оказались стюарды с нашего рейса, которые тоже сидели и ждали самолета, чтобы улететь с нами. Они то конечно обладают навыками оказания первой помощи, поэтому я выбрал лучший способ помощи в данной ситуации - не мешать.
Похоже, дело было плохо, потому что человек так и не начал дышать после попыток вытащить язык. Видимо, что-то повредили, потому что появилась кровь. Ребята начали делать искусственное дыхание, а кто-то побежал за врачом.
Надо сказать, обмороки там были уже давно, поэтому врачи то и дело туда-сюда сновали по залу.
Но в этот раз врача пришлось ждать довольно долго.
Я отвел девочку в сторону, чтоб не травмировать ее молодую психику этими зрелищами, которыми и мне то было неспокойно.
Такое впечатление у меня было, что его не откачают.
Но пришел неспешно врач. Это была женщина. И после некоторых манипуляций, его откачали.
Сочинцев тогда посадили и самолет улетел где-то в девять утра.
Нас же мурижили тем, что наши рейсы то появлялись, то исчезали с табло, время постоянно переносилось, а информации никто никакой не сообщал.
К полудню объявления о посадке изменились на такие как: "Кто хочет вылететь в Санкт-Петербург, и имеет при себе посадочный талон, просьба пройти к выходу №14". То есть, отправляли уже куда-угодно, лишь бы отправить. Так можно было улететь в Сыктывкар, Краснодар и прочие города, посадку на которые объявляли.
А мы так и ждали посадки, так как кто-то говорил, что самолет из Е-бурга только прилетел, и его сейчас дозаправят и объявят на посадку.
Посадку все таки объявили. Это было часа в три, кажется.
До четырех мы простояли в холодном автобусе, который не торопился отвезти нас к самолету.
А в пять вечера мы все таки взлетели. Но я это уже смутно помню, так как только сев я сразу вырубился. Проснулся только от удара о землю при приземлении.
Из всего этого я вынес один урок: в спокойствии можно пережить всё что угодно